Директор-распорядитель Международного валютного фонда (МВФ) Кристин Лагард призвала центробанки «изменить образ мышления» и изучить вопрос об эмиссии собственной цифровой валюты, чтобы компенсировать снижение использования наличных денег.

Лагард сразу же добавила, что у МВФ нет полной уверенности в том, как следует работать с новыми видами платежей и валют, и что у центробанков могут возникнуть разнообразные сложности.

Процесс постепенного вытеснения наличных денег электронными происходит естественным образом, поскольку электронные платежи снижают затраты государств на эмиссию, говорит эксперт по цифровой экономике Арсений Щельцин.

«Глава МФВ в каком-то смысле ломится в открытую дверь, потому что никто в мире не оспаривает, что цифровые валюты удобнее, чем физические. Кроме того, цифровые валюты можно интегрировать с технологией блокчейн, при этом, в отличие от криптовалют, центробанки остаются эмитентами и государство сохраняет контроль над эмиссией», — пояснил он «Ридусу».

Среди стран, где бумажные деньги практически вытеснены из обихода, лидирует Индия, ей в затылок дышат Китай, Сингапур, Канада.

Помимо чисто практических удобств, цифровая форма денежного обращения увеличивает прозрачность операций. Однако Лагард не просто так предупреждает, что переход к цифровым валютам несет и массу рисков. Они, эти риски, не институциональные, а чисто технологические и связаны с защитой информации, добавляет эксперт.

«Переходить на цифровые валюты нужно хорошо подготовленными, потому что такие валюты намного более уязвимы для разного рода злоумышленников, чем традиционные деньги. Хакеры могут получить доступ к «хранилищам» электронных денег намного проще, чем грабители, решившие ограбить обычный банк», — говорит Щельцин.

В некоторых странах — в частности, России и Венесуэле — монетарные власти задумывались об уходе в «цифру» и безо всяких понуканий со стороны Лагард, видя в этом один из инструментов ухода от американских санкций.

В декабре 2017 года советник президента России Сергей Глазьев назвал это «объективной потребностью» из-за санкционного режима.

В октябре того же года министр связи и массовых коммуникаций Николай Никифоров заявил, что Россия в сжатые сроки начнет выпускать собственную криптовалюту. Никифоров тогда отметил, что решение о запуске национальной криптовалюты принято на высшем уровне — президентом Владимиром Путиным, а также подчеркнул, что оно будет исполнено «быстро». (Прошло уже больше года, а про крипторубль ничего не слышно).

Гендиректор компании Zecurion Алексей Раевский тогда обращал внимание на то, что происходит подмена понятий: все криптовалюты — цифровые деньги, ноне все цифровые деньги — криптовалюты.

«В истории было немало примеров всяких-разных цифровых денег. Криптовалюта — это уже из названия следует — всегда анонимна и децентрализованна. Регулируемая государством эмиссия криптовалюты — это, извините, оксюморон», — указывает Раевский.

В глазьевском и никифоровском проектах функцию выбора алгоритмов «чеканки» цифрового рубля берет на себя некий эмиссионный центр, чем бы он на практике ни был — но, очевидно, тот же ЦБ РФ. Это будет еще одна форма обычного рубля: как есть рубль наличный, а есть безналичный, он же электронный. К чему, в общем, и призывает глава МВФ.

Комментировать статью

Please enter your comment!
Please enter your name here

9 − семь =