«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против

0
792

Рейтинг социального доверия — это антиутопия в действии, тотальная слежка, бонусы для примерных и наказания для непокорных. Эту систему вовсю внедряют в Китае, и уже через пару лет она развернется в полную мощь. Казалось бы, грядет катастрофа. Но большинство китайцев ждут ее с нетерпением.

Она идет по городской улице, гордо подняв голову. Фань Даньдань — современная молодая китаянка, 36-летний профессиональный маркетолог с высшим образованием, трудолюбивая, успешная, образцовая представительница нового поколения жителей КНР.

«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против Китай, Слежка, Большой брат, Перевод, Длиннопост

Но каждый ее шаг, любой жест, малейшее действие — все это отслеживается и анализируется, чтобы власти страны были уверены в благонадежности Даньдань. За девушкой следят 24 часа в сутки, и в том пространстве, где проходит ее жизнь, не осталось ни одного темного угла, чтобы спрятаться от всевидящего ока видеокамер. Их в стране уже 200 миллионов, включая инфракрасные (ночного видения).

Только Даньдань и не хочет скрываться. Наоборот, она считает, что это в ее интересах — оставаться на виду и каждым движением демонстрировать свои положительные качества. Находиться под постоянным наблюдением девушке не настолько неприятно, чтобы из-за этого отказаться от сопутствующих бонусов. А они и впрямь имеются.

Кому-то это может показаться антиутопией. В телесериале «Черное зеркало» есть такой эпизод, где вся жизнь человека подчинена социальному рейтингу, который определяют лайки других членов общества.

«Беженцы» из этой системы, не желающие покориться диктату общественного мнения, живут в маргинальной среде, они не могут устроиться на нормальную работу, снять приличное жилье и т.д.

Фантастика? Уже нет.

Свободу надо заслужить

Идея заключается в том, чтобы принудить членов общества проявлять благонадежность во всех сферах: резкое снижение оценки по какому-то одному пункту обваливает весь рейтинг целиком и отражается на всех сферах жизни.

Коммунистическая партия Китайской народной республики называет это «рейтингом социального доверия». Эта система пока работает в тестовом режиме, но уже в 2020 году начнет действовать в полную силу и со стопроцентным охватом территории страны. Суть ее сформулирована так: «Заслужившие доверие свободны. Тем, кто себя дискредитирует, каждый шаг будет даваться с трудом».

«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против Китай, Слежка, Большой брат, Перевод, Длиннопост

Рейтинг социального доверия — это прежде всего система личного учета 1,4 млн китайских граждан. На каждого заводится профиль в базе данных, объединяющий сведения из всех областей — от банковских кредитов и зарплаты до покупок в магазинах и интимной жизни. Учитывается все — от шумной вечеринки, на которую пожаловались соседи, до донорства (сдачи крови) и работы на общественных началах. Принимается общая шкала оценки (пока, на пилотной стадии, в разных проектах шкалы разные — где-то максимум 800 баллов, где-то 900, где-то тысяча).

Если человек попадается на мошенничестве в онлайн-игре — ему закроют доступ к онлайн-играм. Если мужчина напридумывал о себе небылиц на сайте знакомств, и женщина вывела его на чистую воду при первой же встрече — ему больше не позволят регистрироваться на сайтах знакомств. Если водитель из системы типа Uber приставал к пассажирке — его вычеркнут из всех подобных систем.

И наоборот. Граждане с высокой оценкой получают лучшие номера в отелях, доступ в vip-залы аэропортов, кредиты по низкой процентной ставке, льготы при поступлении в университеты, путевки в санатории, качественное медицинское обслуживание и привилегии при трудоустройстве. На эти блага и рассчитывает Фань Даньдань, когда с готовностью покоряется слежке.

Тех, кто окажется на другом конце оценочной шкалы, могут лишить права на выезд за границу, получение кредитов, обучение в вузе и поступление на государственные должности. Это лишь малая часть списка невзгод, которые ждут людей с низким рейтингом социального доверия. Кнутов намного больше, чем пряников.

Цифровая диктатура

Слежка за гражданами ведется с помощью новейшего оборудования. Китай не зря стремится стать одним из мировых лидеров в области искусственного интеллекта и машинного обучения. Камеры оснащаются модулями для распознавания лиц, сканирования тела и отслеживания людей по GPS. Высокие технологии нужны республике, чтобы непрерывно, оперативно и качественно анализировать видеозаписи, сделанные в процессе наблюдения за населением. Человеку такая задача не по силам.

Еще один источник данных о людях — мобильные приложения. Они собирают информацию о пользователях, которая сама по себе, возможно, не содержит какой-то крамолы, но после анализа буквально «обнажает» человека. Приложения «рассказывают», как он проводит время, сколько зарабатывает и куда тратит деньги, с кем общается, какие игры и книги любит — и это лишь малая, сравнительно невинная часть.

Третий источник данных — анализаторы трафика (Wi-Fi sniffer). В 1990-х годах это было излюбленное средство хакеров, которые «вылавливали» пользовательские логины и пароли. Потом снифферы начали использовать в благих целях — для выявления компьютерных вирусов и различных ошибок.

СУТЬ ЖЕ ОСТАЕТСЯ НЕИЗМЕННОЙ — РЕЧЬ ИДЕТ О СЛЕЖКЕ.

Специфика анализаторов трафика состоит в обработке небольшого (особенно по нынешним меркам) объема информации, причем практически «вручную». Так что снифферы используются прицельно — для поиска по конкретным ключевым словам (например, фамилиям).

Четвертый источник информации о людях — big data из архивов госслужб. Система образования, здравоохранения, записи актов гражданского состояния, штрафные квитанции за нарушение ПДД, полицейские досье, банковские документы — все это содержит уйму сведений о каждом человеке, которые пока просто не могут быть обработаны из-за титанического объема и дожидаются своего часа. Он наступит, когда технология блокчейн разовьется достаточно мощно, чтобы стать орудием Большого брата.

Сейчас системы рейтинга социального доверия в провинциях Китая находятся на разных этапах развития. Их внедрили более чем в десяти крупных городах страны. Над проектом работают и коммерческие компании, но все результаты их труда национализируются. Сейчас программа вышла на самый сложный этап ее реализации — тонкую настройку. Необходимо дорабатывать и унифицировать алгоритмы, тестировать качество постановки оценок, отслеживать и исправлять ошибки.

Речь идет о колоссальном труде. Но он творит чудеса — как бы мы к ним ни относились. Этот проект — самое масштабное, что происходило в сфере социальной инженерии за всю историю существования человечества. Если китайский рейтинг социального доверия начнет работать в масштабах страны, он охватит более 1 млрд человек. И это будет первая в мире цифровая диктатура.

Сезам открывает двери

Китайские власти давно следят за своими гражданами, и те привыкли к вмешательству правительства в свою личную жизнь. Для многих в стране интимность в широком смысле слова не играет такой важной роли, как для западного человека. Китайцы выше ценят социальную общность, чем права индивида. Поэтому многие из них уверены: если рейтинг социального доверия сделает жизнь безопаснее и стабильней, то это хорошая идея. Впрочем, не все до конца понимают, что их ждет. Возможно, никто не понимает — включая самих создателей рейтинговой системы.

Но вернемся к нашей знакомой — Фань Даньдань. Вот она идет по супермаркету, заглядывая в ряды между полками с товаром. Даже это повседневное (и, казалось бы, невероятно скучное для наблюдателя) дело не ускользает от всевидящего ока партии.

Когда рейтинг социального кредита начнет работать в полную силу, содержимое продуктовой тележки Даньдань будет влиять на ее результат в программе. Например, покупка спиртного в большом количестве вызовет подозрение на алкогольную зависимость и понизит рейтинг девушки, а приобретение подгузников — наоборот, добавит ей пару очков, так как свидетельствует об ответственности. Система должна работать непрерывно и в режиме реального времени, чтобы оценки ее участников постоянно обновлялись.

Даньдань Фань признает, что рейтинг социального доверия — не идеальная система. Но, по ее мнению, лучшего варианта для управления непростой страной с самым многочисленным населением в мире попросту не существует. «Я думаю, везде люди хотят стабильного и безопасного общества. Если, как говорит наше правительство, каждый уголок общественного пространства будет просматриваться камерами, я почувствую себя в безопасности», — утверждает женщина.

Информацию о физических лицах в Китае собирают восемь частных компаний, сотрудничающих с государством (без этого в стране попросту нельзя). Самая известная из них — Sesame Credit, «дочка» знаменитой Alibaba. Ее оценки платежеспособности граждан основаны на анализе ряда факторов, включая уплату налогов, покупку проездных билетов на разные виды транспорта и онлайн-шопинг.

Компания анализирует не только цифры — она разглядывает стоящего за ними человека. Если вы постоянно покупаете видеоигры, то вас сочтут склонным к праздности. Если приобретаете БАДы и абонементы в спортзал — честь вам и хвала, ваш рейтинг повышается.

Данные, собранные Sesame Credit, уже нашли коммерческое применение: они не только используются для оценки платежеспособности клиентов при предоставлении рассрочки, кредитов, беззалоговой аренды и т.п. — по ним, к примеру, судят пользователей самой популярной в Китае службы знакомств Baihe. Около 15% пользователей добровольно разместили в своем профиле баллы кредитного рейтинга — как говорится, «вместо тысячи слов». Анонимный опрос показал, что высокий рейтинг ассоциируется с надежностью человека не только в финансовых вопросах, но и вообще «по жизни».

На сайте Sesame Credit указано, что компания собирает пользовательские данные только в коммерческих целях и не делится ими с властями. Но в Китае в принципе не существует компаний, которые бы не передавали данные властям, — им бы попросту не дали работать.

Рейтинг социального доверия определяет многие финансовые привилегии, и тут Даньдань абсолютно уверена в своей состоятельности. Дело в том, что в Китае уже действует система оценки финансовой благонадежности (платежеспособности) граждан — Sesame Credit. Гражданам она доступна в виде мобильного приложения, чтобы они могли оперативно отслеживать свой статус. У нашей героини очень высокий балл в этой системе — 773 из 800. Это означает, что шанс отказа в кредите или рассрочке для нее близок к нулю.

В другой системе — AliPay — пользователи с хорошим рейтингом могут взять кредит до 600 тыс юаней (5 млн рублей) под 5,5% годовых без справок и залога. Заявка на него подается прямо через мобильный банк. Поскольку никаких проверок и подтверждений не требуется, выдача оформляется за считанные минуты — и сумма одобренного кредита отображается в приложении на смартфоне клиента.

Sesame Credit уже сейчас позволяет Даньдань пользоваться целым рядом привилегий — например, арендовать автомобиль, бронировать номер в отеле или снимать дом без внесения депозита. Другим, у кого баллы ниже, придется копить на залог, потому что система считает их недостаточно надежными клиентами.

Но пока на рейтинг Даньдань в Sesame Credit влияет только финансовая составляющая — доходы, отсутствие претензий со стороны налоговиков, добросовестное погашение кредитов (если они есть) и т.д. Потом, когда в Китае полноценно заработает система оценки социального доверия, финансовый рейтинг граждан будет складываться не только из их материального положения и данных о покупках.

Репутация в наследство

Неблагонадежные друзья, сексуальные партнеры и родственники — минус баллы (ведь они способны разорить даже самого ответственного плательщика). Близкий человек попался на критике правительства — минус баллы. Попавшая в поле зрения властей романтическая связь с неплатежеспособным гражданином — минус баллы, даже если это не серьезные отношения, а всего лишь интрижка.

Профессор Шанхайского университета финансов и экономики Ху Дайхунь (один из ученых, работающих над финансовой составляющей рейтинга социального доверия):

«САМАЯ СЕРЬЕЗНАЯ ПРОБЛЕМА СИСТЕМЫ ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В ТОМ, ЧТО БОЛЬШИНСТВО ДАННЫХ СОБИРАЮТСЯ БЕЗ ЗАКОННЫХ ОСНОВАНИЙ ИЛИ С ВЕСЬМА НЕОДНОЗНАЧНЫМ, РАЗМЫТЫМ ПРАВОВЫМ ОБОСНОВАНИЕМ. НЕТ НИКАКИХ ЮРИДИЧЕСКИХ ПРИЧИН ЛОВИТЬ НА НАРУШЕНИЯХ ГРАЖДАН, КОТОРЫЕ ИХ ПОКА НЕ СОВЕРШАЛИ».

Интимная сторона дела тоже не смущает Даньдан Фань. Она выходила замуж по любви, но сделала правильный выбор: ее муж Чжан Сяоцзин, вероятно, будет иметь еще более высокий социальный рейтинг, чем она сама. Он — государственный служащий, работает в министерстве юстиции, предан партии и идеологически безупречен.

«Я думаю, в этом и заключается смысл рейтинга социального доверия: мы будем помогать друг другу и процветать», — делится Даньдань. Она припоминает слова главы государства Си Цзиньпина: «Президент Си сказал, что мы будем богатыми и свободными, культурными, гармоничными и благополучными. Это надежда на будущее — для всей страны, для всей китайской нации».

У Даньдань есть еще одно основание испытывать оптимизм по поводу социального рейтинга — ее двухлетний сын Жуйбао.

Над этим мальчиком будут сиять безоблачные цифровые небеса. Ему доступна счастливая и благополучная жизнь, и мать ребенка считает, что в ее силах гарантировать это светлое будущее. Если у родителей Жуйбао будут высокие социальные рейтинги, мальчик получит доступ к лучшим школам, самому качественному медицинскому обслуживанию и наиболее комфортному жилью. Партия предоставит ему меры поддержки и защиты — пока папа и мама сохраняют свою социальную «кредитоспособность».

Валюта доверия

Разумеется, Даньдань — одна из многих, кто считает рейтинг социального доверия хорошей идеей. Популярный китайский блогер Веньцюань Синь пишет: в стране с населением более 1 млрд человек, многие из которых не имеют банковских карт (не говоря уже о кредитках), высокий балл благонадежности станет своего рода «валютой» для уплаты залога и других финансовых операций. Он приводит в пример американскую систему кредитного рейтинга FICO — она здорово облегчает работу банкирам. В Китае с его миллиардным населением проверка платежеспособности собственными силами может занять у банка уйму времени, а балл кредитного рейтинга сразу ответит на все вопросы.

«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против Китай, Слежка, Большой брат, Перевод, Длиннопост

Кое-что уже работает на уровне региональных проектов, которые в пилотном режиме реализуются в разных китайских провинциях и городах.

Например, в Чжэнчжоу (городской округ в провинции Хэнань) создана база данных людей, не исполняющих распоряжения суда о погашении задолженности. Гудки на их сотовых телефонах в автоматическом режиме заменяются на голосовое сообщение с настойчивым напоминанием об уплате долга. А абоненты, которые звонят должникам, вместо гудков слышат: «Вы набрали номер нечестного человека!»

«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против Китай, Слежка, Большой брат, Перевод, Длиннопост

В городе Ухань (провинция Хубей) формируется база данных о совершеннолетних учащихся (информацию о детях по действующим в КНР законах собирать без уведомления запрещено). В эту базу вносятся все проступки, совершенные во время учебы, — от задержки оплаты обучения до списывания на экзаменах. Предполагается, что эти сведения в будущем заложат основу для оценки молодых специалистов не только с профессиональной, но и с нравственной точки зрения.

«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против Китай, Слежка, Большой брат, Перевод, Длиннопост

В Лучжоу (провинция Сычуань) действует система социального доверия для предприятий ликеро-водочной промышленности. Компании, производящие байцзю (baijiu — китайская водка), контролируются на соответствие нормативным требованиям. Фиксируется каждое нарушение, жалобы потребителей и т.п. — и в конечном итоге производителя могут «попросить» с рынка.

«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против Китай, Слежка, Большой брат, Перевод, Длиннопост

В Жунчэне (провинция Шаньдун) пошли намного дальше: каждый местный житель имеет персональный рейтинг в зависимости от количества правонарушений и добрых дел. Он составляется на основе полицейских досье и данных госслужб. Человек, которого поймали за выбрасыванием мусора мимо урны или нарушением правил перехода проезжей части, оказывается в «минусе». Гражданин, ухаживающий за престарелыми родителями и избавляющий от этой работы социальные службы, или волонтер приюта для бездомных животных — в «плюсе».

«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против Китай, Слежка, Большой брат, Перевод, Длиннопост

В Шанхае работает мобильное приложение, которое аккумулирует персональные данные из сотни с лишним официальных источников и на их основе формирует рейтинги горожан. Оно также используется для оценки местных предприятий, ресторанов и других общественных мест.

«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против Китай, Слежка, Большой брат, Перевод, Длиннопост

Все прелести «минусового» рейтинга

Во многих провинциях китайцы, отказывающиеся гасить задолженность по решению суда, и представители попавших в черный список компаний лишаются массы возможностей — от покупки билетов на высокоскоростные поезда и самолеты до права определить своих детей в частную школу. Для предприятий рейтинг определяет доступ к системе госзакупок, аренде правительственных земель, получению субсидий и даже использованию соцсетей в рекламных целях (а соцсети в Китае свои, национальные).

Все прелести «минусового» рейтинга испытывает на собственной шкуре 43-летний китайский журналист Лю Ху . В августе 2013 года его арестовали по обвинению в клевете, а осенью посадили в тюрьму на целый год.

Дело было в том, что Ху — репортер газеты The New Express — раскрыл грандиозную коррупционную схему. Он выяснил, что секретарь коммунистической партии района на юго-западе Чунцина и замдиректора государственной администрации по промышленности и торговле, регулирующей деятельность бизнеса, злоупотребляет служебными обязанностями.

Власти КНР, несмотря на строгое наказание уличенных чиновников, сочли виновным и журналиста: якобы он опубликовал неофициальную информацию, которая могла и не подтвердиться. Был ужесточен контроль за политическими дискуссиями в соцсетях, приняты меры для запугивания журналистов и блогеров.

В какой-нибудь другой стране Ху Лю, наверное, получил бы награду. Но не в Китае. По закону ему следовало отнести собранный компромат в полицию. Об этом напомнил лично глава республики Си Цзиньпин. В итоге репортер провел в тюрьме целый год. Потом его освободили, потому что прокурор «не смог продлить рассмотрение дела в рамках законной процедуры задержания» — что бы это ни значило.

Ху Лю подал иск против прокуратуры — но потерпел поражение. Его обязали оплатить судебные издержки. Он отказался и стал должником. Это вкупе с предыдущим скандалом и пребыванием за решеткой лишило его всякого «социального доверия». Рейтинг мужчины на нуле, и это в буквальном смысле означает, что по многим параметрам он вычеркнут из общественной жизни.

«Свобода – это рабство»: как Китай ввел тотальную слежку, и почему население не против Китай, Слежка, Большой брат, Перевод, Длиннопост

Теперь Ху Лю знает о рейтинге социального доверия все — но с изнанки:

«МНОГИЕ ПОПАДАЮТ В ЧЕРНЫЙ СПИСОК ПО ОШИБКЕ, НО НЕ МОГУТ НИЧЕГО ИЗМЕНИТЬ. ВСЕ РЕШАЕТСЯ АВТОМАТИЧЕСКИ, ВМЕШАТЕЛЬСТВО НЕВОЗМОЖНО».

Уже около 10 млн человек стали париями из-за низкого рейтинга социального доверия. Ху Лю — лишь один из них.

Есть и другие. В 2015 году 16-летняя студентка Чжун Пэй из провинции Цзянсу по ошибке попала в черный список — после того как ее отец стал виновником ДТП, жертвами которого стали два человека, и погиб сам. Девушке потребовалось четыре месяца, чтобы оспорить ущемление ее прав в суде и добиться исключения ее имени из списка — и, наконец, купить билет на экспресс до Пекина, где она собиралась поступать в университет. Ее история закончилась удачно, но это единственный подобный случай.

Независимый консультант по вопросам безопасности в Китае Саманта Хоффман: «Я охотно верю, что отдельные системы сбора и анализа данных работают. Но главная проблема — их интеграция, она пока на невысоком уровне. И потом: выходит, что власти не оставляют людям права на исправление ошибок. Рейтинг социального доверия создается уже много лет, и ни разу не заходила речь о том, как его участники смогут реабилитироваться — и смогут ли».

По словам Лю Ху, партия откровенно использует систему рейтинга социального доверия, чтобы восстановить контроль над обществом, часть которого она утратила после «открытия» Китая миру в 1980-х годах. Ее достаточно долго радовали экономический бум и гипердинамическое развитие страны, но времена меняются. Высокие технологии призваны вывести борьбу с инакомыслием на принципиально новый уровень — и обеспечить партии абсолютное господство.

Лю Ху как будто оказался под домашним арестом в своем родном городе Чунцине. Он не может совершать платежи в электронных системах.

«ВЫ МОЖЕТЕ ПРЕДСТАВИТЬ, КАКОВО ЭТО, — НИКАКИХ ТРАНЗАКЦИЙ В МОБИЛЬНОМ БАНКЕ, НИ ОДНОГО ДЕНЕЖНОГО ПЕРЕВОДА ОНЛАЙН, НИ ЕДИНОЙ ПОКУПКИ В ИНТЕРНЕТ-МАГАЗИНЕ».

Ему не продают билеты на поезд: приложение просто сообщает, что возникла ошибка, и эта «ошибка» высвечивается день за днем. Конечно, есть выход — путешествие обычным поездом, не экспрессом, с покупкой билетов в кассах. Но это небо и земля: скоростной поезд на магнитной подушке несется со скоростью до 430 км/час без остановок, обычный ползет и простаивает на каждой станции.

Учитывая, что Китай является страной с одной из самых развитых и разветвленных железнодорожных систем, и поезда во многом заменяют там самолеты (фактически догоняя их по скорости), то это очень жесткое ограничение. Но и авиабилеты Лю Ху не купить — там тоже возникает «ошибка».

Теоретически — это нарушение гражданских прав и законов КНР. Нет такой нормы, которая запрещала бы человеку, не оплатившему долг, путешествовать скоростным поездом или самолетом. И уж тем более отсутствуют законы, налагающие такой запрет из-за низкого рейтинга социального доверия. Все железные дороги и авиалинии в стране национализированы, и государство обязано предоставлять всем гражданам равный доступ к ним — такова партийная идеология. Но на практике приложение для покупки билетов постоянно дает сбой, а техподдержка обещает помочь, но ничего не предпринимает.

Бронируя отель, Ху Лю не может остановиться в гостинице со «звездным» рейтингом —даже в однозвездной. Его удел — хостелы, мотели, гостевые дома, homestay (проживание в семье) и прочие нереспектабельные варианты.

Мужчине запретили отдать девятилетнюю дочь в частную школу. Отказ был мотивирован тем, что учебное заведение переполнено. Но ему недвусмысленно дали понять, что «переполненной» окажется любая частная школа, куда он попробует сунуться.

Поездами дело не ограничивается. Ху Лю лишился аккаунтов в соцсетях, которые вел годами, публикуя там свои статьи. Несколько страниц остались, но из прежних 2 млн подписчиков сохранилась лишь малая толика. Кроме того, он толком ничего не может опубликовать: его посты на премодерации и даже если выходят «в эфир», то с колоссальным опозданием.

И, наконец, вишенка на торте. В сентябре власти КНР прозрачно намекнули, что в скором будущем допускают возможность блокировки счетов «неблагонадежных» граждан — по какому-либо подозрению, в качестве превентивной меры… Да из-за чего угодно, а потом уже разбираться. Но добиться справедливости будет невозможно, уверен Лю.

Юрист адвокатской конторы Xinqiao (Пекин) Ли Цзинлинь: «Нынешние рейтинги социального доверия работают преимущественно по двум направлениям — несоблюдение судебных приказов (о выплате долга, штрафа и т.п.) и антипартийная деятельность (подача петиций, протестные посты в соцсетях). Остальные виды нарушений пока мало волнуют государство, но и до них дойдет дело».

Ху Лю попадает под обе категории — он должник-неплательщик и диссидент. Его шансы на комфортную жизнь стремятся к нулю. «Это цифровая диктатура, и китайцы добровольно ей подчиняются. Таков менталитет нашего народа: глаза закрыты, уши заткнуты. Они мало знают о мире и живут, питая иллюзии», — с горечью констатирует журналист.